Вспомни все
 



Pz.V (Т-5) "Пантера"

Нацистская Германия вступила в войну с Советским Союзом, не располагая танками массой более 25 т, с более мощным вооружением, нежели короткоствольные 75-мм орудия KwK 37 L/24. В концепции блицкрига не находилось места для тяжелых машин: считалось, что 37-50-мм пушки средних танков PzKpfw III пригодны для борьбы с любой бронетехникой, состоявшей на вооружении армий противника (хотя уже в ходе французской кампании силы панцерваффе столкнулись с машинами, имевшими противоснарядное бронирование), а в качестве средств огневой поддержки и уничтожения укреплений найдут успешное применение PzKpfw IV (тяжелые, согласно ранней классификации) и штурмовые орудия с 75-мм пушками. Параллельно велись конструкторские работы над первыми тяжелыми танками - Durchbruchwagen, VK 3001 (H) и VK 3001 (Р).
 
Действительно, PzKpfw III и IV вполне результативно проявили себя против устаревшей польской, в меньшей степени - против британской и французской бронетехники, а также - советских Т-26, БТ-5 и БТ-7. Но вскоре после начала агрессии против СССР германские танковые части столкнулись с неожиданным противником - средними Т-34, тяжелыми КВ-1 и штурмовыми КВ-2. Первый из них, которому предстояло стать самым массовым танком Второй Мировой войны, превосходил своих соперников по мощи вооружения, технологичности и защите; что же касается КВ, то, несмотря на их значительные недостатки по части надежности, преимущество этих машин в отношении Pz III и IV было столь подавляющим, что в ряде случаев одиночные советские танки сдерживали наступление целых немецких дивизий.
 
Ко всему прочему, в первый год войны в СССР продолжалось масштабное производство техники нового поколения, доля которой в войсках к началу Великой Отечественной войны была относительно невелика. В столь невыгодных условиях требовалось срочное перевооружение германской армии. Стала очевидной необходимость модернизации уже состоявших на вооружении образцов (в первую очередь Pz IV, чьи противотанковые возможности находились на невысоком уровне, в то время как его конструкция позволяля установить более мощное вооружение) и перехода к новой модели основного среднего танка.
 
Одним из первых предложенных решений явился выпуск технологической копии Т-34, однако военное руководство Германии отказалось от этого варианта. Причиной тому являлось не неподготовленность немецкого ВПК к освоению простой и дешевой советской машины, но ряд иных причин. Во-первых, промышленные стандарты разнились (например, калибр орудия), и для модификации Т-34 под принятые в Германии нормативы требовалось время и создание некоторых новых узлов. Во-вторых, немцев не совсем устраивала конструкция раннесерийного Т-34, характеризовавшегося крупными дефектами: несовершенством приборов наблюдения и прицеливания, дискомфортными условиями работы экипажа и недоработками отдельных элементов силовой установки. Наконец, советский двигатель В-2 работал на дизельном топливе, в то время как его постоянно недоставало.
Поэтому Управление Вооружений предпочло объявить о начале проектирования принципиально нового среднего танка. Работы над прототипами VK 2401 (Krupp) и VK 2001 (MAN) были свернуты за бесперспективностью, а 25 ноября 1941 г. концернам MAN и "Даймлер-Бенц" выдали заказ на подготовку технических проектов и постройку прототипов основного среднего танка, сформулировав следующие обязательные к выполнению требования: масса - около 30 т, вооружение - длинноствольное 75-мм орудие, бронирование - 40 мм, мощность двигателя - до 700 л. с., скорость движения по шоссе - 55 км/ч. Подразумевалось также внедрение удачных решений, опробованных на Т-34, как-то: рациональные углы наклона бронеплит и широкая гусеничная цепь. Танк разработки "Даймлер-Бенц" получил обозначение VK 3002 (DB), а производства MAN - VK 3002 (MAN) (цифра 30 означала рассчетную массу, 02 - серию опытных машин).
Уже в феврале 1942 г. "Даймлер-Бенц" представил свой рабочий образец танка А. Гитлеру. VK 3002 (DB) внешне и по компоновке очень сильно напоминал Т-34. Практически идентичной оказалась форма корпуса (за исключением размещения двигателя, выхлопные клапаны которого выводились на борт), заднее расположение трансмиссии и ведущего колеса, размещение и вид башни, смещенной вперед. 75-мм пушка с однокамерным дульным тормозом крепилась в орудийной маске сложной формы, опять же напоминающей Т-34 обр. 1940 г. Ходовая часть на один борт состояла из четырех сдвоенных обрезиненных катков большого диаметра на рессорной подвеске и трех поддерживающих катков. Боевая машина произвела благоприятное впечатление на главу Третьего Рейха, и вскоре он отдал распоряжение о производстве первой партии из 200 VK 3002 (DB).
 
Однако Управление Вооружений выразило несогласие с Гитлером, сочтя более подходящим вариант MAN, еще не выполненный даже в протитипе. VK 3002 (MAN) по массе выходил за пределы техзадания (полный вес составлял 35 т), отличался сложностью конструкции, но, с другой стороны, его достоинства, (выразившиеся в первую очередь в большем резерве для модернизации и запасе хода), уравновешивали недостатки. Для согласования мнений по выбору одного из двух VK 3002 была учреждена комиссия, 13 мая 1942 г. вынесшая свое постановление, по которому предпочтение отдавалось прототипу фирмы MAN. Одним из условий, повлиявших на выбор, считается сходство VK 3002 (DB) с его советским аналогом, хотя оно несколько надумано - в военной действительности огонь мог ошибочно вестись по своим машинам вне зависимости от их сходства с БТТ противника.
 
Инженеры "Даймлер-Бенц" попытались довести свой опытный танк до уровня конкурента. Дизель заменялся на бензиновый двигатель, в ходовую часть вносились принципиальные изменения: торсионная подвеска с шахматным расположением дорожных колес соответствовала варианту MAN. Впрочем, на исправление всех недочетов требовалось время, причем характеристики бронирования по-прежнему уступали бы VK 3002 (MAN). В итоге единственный экземпляр "Даймлера" отправился на утилизацию, а в серию пошел танк VK 3002 (MAN).
 
До начала производства базовая модель подверглась усовершенствованиям: на порядок усилилась защищенность, а по требованию А. Гитлера предполагалась даже установка орудия KwK 42 L/100, которое на тот момент еще пребывало в разработке. В итоге вместо первоначально запланированного 30-тонного среднего танка на вооружение панцерваффе была принята машина массой 43 т, адекватная не Т-34, а, скорее, КВ-1. По германской классификации танки подразделялись на легкие, средние и тяжелые не в зависимости от боевого веса, но от калибра основного оружия, и "Пантера" была отнесена к классу средних машин. В отечественной традиции ее, все же, с достаточными на то основаниями оценивали как тяжелый танк, и автор не видит причин для отказа от этого мнения.
 
Летом 1942 г. Министерство Вооружений утвердило план выпуска - согласно ему, к маю следующего года в линейные части должны были поступить 250 "Пантер". Но лишь в январе 1943 г. первые готовые машины покинули заводские цеха. 20 танков установочной серии, обозначавшихся как Sd. Kfz. 171 Ausf. A, отличались от полноценных боевых "Пантер" более тонкой броней корпуса - до 60 мм (по некоторым сообщениям, из неброневой стали) и орудием KwK 42 с однокамерным дульным тормозом от KwK 40 L/43. Предполагается, что PzKpfw V Ausf A не принимали участия в боевых действиях и использовались лишь для обучения экипажей. По другим данным, один танк данной разновидности был захвачен советской армией на Курской дуге, что заставляет предполагать об отдельных случаях их присутствия на фронте.
Всего за время войны регулярные части и войска СС получили немногим менее 6000 PzKpfw V всех модификаций, произведенных фирмами MAN, "Даймлер-Бенц", "Хеншель" и MNH.
 
Компоновка "Пантеры" типична для германских танков: в отличие от Т-34, трансмиссия вынесена в переднюю часть корпуса. За наклонным лобовым листом располагались рабочие места стрелка-радиста (справа) и механика-водителя (слева), обслуживавших, соответственно, радиостанцию и курсовой пулемет, и механизмы управления. В крыше корпуса над ними находились овальные люки, открывавшиеся при их повороте на шкворнях. За местами водителя и радиста на стеллажах в вертикальном положении укладывалась часть боекомплекта к пушке.
Боевое отделение в средней части машины включало в себя места остальных членов экипажа: с левого борта - командира, с правого - наводчика, в задней части башни - заряжающего. Моторное отделение - в корпусе позади боевого - вмещавшее в себя двигатель и топливные резервуары, отделялось от боевого изоляционной перегородкой.
 
Основным вооружением Pz V стало 75-мм орудие KwK 42 L/70 (длина ствола - 70 калибров) с традиционным двухкамерным четырехоконным дульным тормозом. Угол возвышения изменялся в пределах от -8 до +18/+20 (на Ausf D) градусов. По своим показателям поражения брони KwK 42 значительно опережала как пушки средних Pz IV Ausf G-J - KwK 40 L/43-48, так и советские Ф-34 калибра 76,2 мм, которыми вооружались советские Т-34. Преимущество объяснимо большей начальной скоростью снаряда и высоким качеством боеприпасов. На расстоянии 1 км бронебойный трассирующий снаряд пробивал более 110 мм катаной стали, подкалиберный - 140 мм. Осколочно-фугасный снаряд, однако, особо не отличался от своих подобий. В полный боезапас входило 79 выстрелов (на Ausf G - 82). Вспомогательное вооружение для борьбы с пехотой и легкобронированными целями - два 7,92-мм пулемета MG 34. Первый был спаренным со стволом пушки в орудийной маске, второй, в лобовом листе, первоначально монтировался в бугельной (амбразурной) установке без возможности вертикального наведения, а позднее, когда боевой опыт показал невысокую эффективность и неудобство прицеливания - в шаровой установке. Боекомплект к пулеметам насчитывал 5100 патронов (на Ausf G за счет его уменьшения до 4800 патронов освободилось место для дополнительных 75-мм выстрелов).
Корпус "Пантеры" образовывался наклонными катаными бронеплитами из легированной стали, соединявшимися герметично при помощи сварки. Верхний лобовой лист, склоненный под углом 55 градусов, имел толщину 80 мм (приведенная толщина - 143 мм), а на модели Ausf G его нарастили до 85 мм (155 мм приведенной толщины), что обеспечило очень достойный на то время уровень защиты, хотя он несколько снижался за счет ослабленных зон - вырезов под установку пулемета и наблюдательный прямоугольный люк водителя. Нижний лобовой лист был несколько тоньше - около 60 мм. Бортовые плиты 40-мм толщины (позднее - 50-мм) и задняя стенка корпуса с обратным углом наклона отличались, напротив, относительно высокой уязвимостью. Ранние версии Pz V отличались и таким недостатком, как большой зазор между ходовой частью и верхним бортовым листом. С середины 1943 г. танки получали дополнительную защиту от кумулятивных боеприпасов - съемные металлические экраны из 5 секций. Тонкая 16-мм броня крыши нередко деформировалась в результате попаданий массивных снарядов, что могло приводить к поломкам ряда механизмов (в т. ч. привода поворота башни) или заклиниванию посадочных люков.
 
Сварная шестигранная башня "Пантеры" имела небольшие габариты, наклонные стенки и почти отвесную лобовую плиту. Орудие закреплялось в цилиндрической маске со 100-мм броней, образовывавшей заман на стыке с подбашенной коробкой, что привело к изменению ее формы на модификации Ausf G. Сама лобовая бронеплита, в зависимости от серии, имела 100- или 110-мм толщину. Борта и задняя часть башни защищались 45-мм броней, причем на модели Ausf D в них находились круглые отверстия для стрельбы из личного оружия (по одному на борт) и лючок для выброса гильз с левой стороны. В ходе боев проявилось опасное ослабление брони из-за нарушения ее цельности, и на всех остальных версиях борта башен выполнялись монолитными. Погрузочный люк в задней стенке, тем не менее, оставили. Крыша башни, составленная из двух плоскостей, имела 16-мм бронирование. Командирская башенка, смещенная к левому борту, на Pz V Ausf D копировала таковую у "Тигра"; позднее ее сменила новая башенка куполообразной формы с 7 призматическими приборами наблюдения вместо 6 щелевых.
 
Живучесть танка в бою повышалась за счет 6 гранатометов для постановки дымзавес, но сказывалось несовершенство дымовых снарядов того времени - продолжительность действия этих оптических помех была невелика. Многие танки почти полностью (за исключением верхних частей корпуса и башни) покрывались антимагнитной пастой "циммерит" для защиты от мин.
На "Пантере" продолжила свою эволюцию схема ходовой части Книпкампа: применительно к одному борту она состояла из 16 опорных катков перекрестного расположения на торсионной подвеске. Литые катки выполнялись с наружным обрезиниванием, имели простую вогнутую форму. В опытном порядке была выпущена небольшая партия машин с цельнометаллическими дорожными колесами со стальными бандажами и внутренней амортизацией. Подвеска обеспечивала высокую проходимость и скорость хода при движении по пересеченной местности, но сложность ее изготовления и обслуживания ставили эти позитивные особенности под вопрос: так, при подрыве на мине требовалась замена одного-двух колес, и, если основная ударная сила взрыва приходилась на внутренний ряд подвески, обязателен был демонтаж от трети до половины катков. Гусеничная цепь из 86 звеньев приводилась в движение ведущими колесами переднего расположения с цевочным зацеплением. Широкие траки с мощными грунтозацепами способствовали лучшей проходимости вне дорог с твердым покрытием, нежели у танков старых моделей Pz III и IV.
 
В качестве силовой установки на Pz V нашел применение бензиновый 12-цилиндровый V-образный двигатель HL 230P30 фирмы "Майбах" мощностью 700 л. с. при 3000 об/мин. Удельная мощность машины, таким образом, равнялась 15,5 л. с./т. В систему охлаждения входили 4 радиатора и 2 вентилятора, выведенные на крышу МТО. Выхлопные патрубки в количестве двух на кормовом листе в ходе совершенствования "Пантеры" претерпевали некоторые изменения, в т. ч. оборудование пламегасителями. Коробка передач АК 7-200 в отделении управления позволяла регулировать ход на 7 ступенях. Основные нарекания вызывала трансмиссия, отличавшаяся невысокой надежностью, и предпринимались попытки найти замену карданной передаче, но дальше экспериментов с гидростатической и гидропневматической трансмиссией работы не продвинулись по финансовым и техническим соображениям.
 
Одним из наиболее интересных технических новшеств, впервые внедренных на немецком тяжелом танке, по праву считается прибор ночного видения. Работы над этим устройством велись начиная со второй половины 1930-х гг. и привели к созданию активного ПНВ с приемлемыми характеристиками. В конце 1944 г. после успешно выдержанных испытаний началась установка приборов на танки, и в качестве носителя была выбрана именно "Пантера" Ausf G. Оснащение ПНВ прошли около 50 машин. Сама система представляла из себя инфракрасный прожектор подсветки наружного размещения и конвертор изображения, выводящий обозреваемый в ИК-лучах вид на экран. В своем основном варианте под индексом FG 1250 прибором пользовался только командир танка; в другой комплектации аналогичные устройства получали и наводчик с водителем. "Пантеры" с ПНВ впервые приняли бой в Арденнском контрнаступлении и, по некоторым данным, в битве у оз. Балатон и показали себя очень эффективно.
 
Что же касается боевого пути танка в целом, то начался он в 1943 г., когда развернулось масштабное немецкое наступление на Курско-Орловском направлении. Здесь, в ходе подготовки к последней попытке перехватить инициативу в войне, сосредотачивались части, укомплектованные новейшими танками и САУ: помимо "Пантеры", на Курской дуге боевое крещение приняли "Фердинанды", "Насхорны", "Хуммели" и "Брюммбэры". PzKpfw V в числе 200 машин, из которых 4 являлись командирскими, стали основой матчасти 39-го танкового полка 48-го танкового корпуса и были задействованы на южном участке сражения.
Предполагалось, что Pz V двинутся в наступление вслед за более мощной техникой на наиболее опасные направления. Однако на деле из-за потерь, понесенных передовыми частями, их бросили в бой уже вскоре после начала операции "Цитадель" - 5 июля, и к началу августа в рабочем состоянии осталось лишь около 10% штатного состава, причем 127 (по другим данным - 156) машин оказались утраченными безвозвратно: в их число вошли сгоревшие и не подлежащие восстановлению, а также оставленные либо взорванные при отступлении Pz V.
 
Неожиданно высокие потери породили не совсем справедливое суждение в войсках о бесперспективности нового танка. Тем не менее, в Курской битве выявились следующие объективные преимущества и недостатки "Пантеры".
Лобовая броня корпуса не пробивалась огнем советской артиллерии, представленной главным образом 76,2-мм дивизионной пушкой ЗИС-3. Даже 122-мм снаряды гаубицы М-30 и 85-мм зенитного орудия вызывали лишь деформацию брони. Нижний лобовой лист, впрочем, не выдерживал их обстрела, но на него приходилась лишь небольшая часть попаданий. Борта поражались вышеперечисленными полевыми орудиями с дистанции около 1000 м, а на расстоянии 300 м и менее - и 45-мм пушкой обр. 1942 г. Обнаружилась недостаточная защищенность башни: даже в ее лобовой детали находились ослабленные зоны, а снаряды, срикошетировавшие от цилиндрической маски, могли ударить в крышу корпуса в районе отделения управления. Зафиксирован даже случай сквозного пробития маски орудия 45-мм подкалиберным снарядом. Советские противотанковые ружья против "Пантеры" были практически бесполезны, за вычетом нескольких случаев особо точных попаданий на дистанции менее 100 м.
 
В отношении танковых боев очевидно доминирование Pz V над советскими Т-34-76 обр. 1942 г., КВ-1 и КВ-1с. Средние Т-34 могли быть подбиты "Пантерой" на удалении 1-1,5 км, поэтому лишь небольшая часть уничтоженных Pz V приходится на танковые дуэли. В то же время, полевая артиллерия применялась вполне успешно - несмотря на хорошие приборы наблюдения, обнаружение замаскированных позиций орудий являлось затруднительным, что позволяло советским артиллеристам подпускать вражеские танки на должное расстояние и вести огонь в уязвимые зоны. В большинстве своем поражение "Пантеры" в борт на участке МТО приводило к возгоранию, в отличие от "Тигра" с 80-мм бортовой защитой. Значительная часть потерь обусловлена подрывами на противотанковых минах; при этом, как правило, повреждалась только ходовая часть, в то время как днище оставалось целым. Наконец, частым явлением был выход из строя по техническим причинам, связанным с дефектами силовой установки: под кинетическим воздействием нарушалась целостность топливных насосов и маслопроводов с появлением течи, заклинивал двигатель и т. д. По завершении Курской битвы Главное автобронетанковое управление организовало изучение трофейных "Пантер" и их испытания. Тогда же началось комплектование первых советских частей, оснащенных захваченными Pz V. Они доверялись только опытным экипажам и использовались главным образом в противотанковых целях.
 
Не слишком результативный дебют нового оружия вынудил немцев принять меры к улучшению конструкции, а для восполнения боевых потерь планировался выпуск 250 "Пантер" в месяц. Появилось предложение снять с производства средние Pz IV в пользу Pz V, но в итоге из-за очевидной нерациональности идеи и дороговизны "Пантер" от нее отказались. С осени 1943 г. в серию пошла модернизированная "Пантера" Ausf A.
В дальнейшем бои с участием Pz V на Восточном фронте велись с переменным успехом. Господство "Пантеры" в оборонительных боях против бронетехники сменялось серьезными потерями в наступлении. Точные данные об их применении крайне тенденциозны и требуют источниковедческой критики. Очевидно лишь, что до начала 1944 г. советская армия не располагала адекватной техникой для борьбы с этим тяжелым танком. Обстановка несколько выправилась с введением в строй Т-34-85: хотя его 85-мм орудие ЗИС-С-53 уступало KwK 42 по бронебойному воздействию, а броня была тоньше, массовость производства советской машины уравняла противников. То же относится и к малочисленным тяжелым танкам ИС-1. А вот ИС-2, напротив, мог уничтожить "Пантеру" с 1,5-2 км попаданием в лоб башни, в то время как германский танк поражал соперника без должной вероятности (из-за неравномерности защиты ИСа) на расстоянии около 1 км (при этом в принципе не имея возможности пробить более половины проекции башни и всю ВЛД советского тяжелого танка). Следует отметить, что больший боекомплект Pz V и лучшие его прицелы вносили свои коррективы, но, с другой стороны, при атаках на больших курсовых углах преимущество "Иосифа Сталина" возрастало на порядок.
 
К середине 1944 г. советские войска получили также ряд новых САУ, спроектированных в том числе и для противодействия тяжелым танкам: СУ-100, ИСУ-122 и ИСУ-152, из которых наиболее эффективным истребителем танков считалась вторая. Использование штурмовой авиации против Pz V в основном не приносило особых успехов.
В ином положении оказались войска союзников. Здесь первый опыт использования "Пантер" относится к наступлению в Италии. Короткоствольные пушки "Шерманов" и "Кромвеллей" давали шанс на уничтожение Pz V лишь на ближних дистанциях при ударе с фланга или тыла, и победа над одной "Пантерой" могла стоить пяти М4. Ситуация повторилась во время высадки в Нормандии, когда единственными танками, относительно пригодными для борьбы с ней, могли считаться только "Шерманы-Файерфлай" с 17-фунтовыми английскими орудиями, а позднее - А34 "Комет" и САУ M36 "Слаггер". Союзников (в частности, англичан) выручал лишь высокий уровень подготовки экипажей, а также авиация. Полноценный боевой танк Запада, равный по возможностям "Пантере", - М26 - практически не участвовал в боевых действиях; случаи его столкновений с немецким аналогом неизвестны.
Вплоть до завершения боев 11 мая 1945 г. в Чехословакии "Пантеры" активно воевали на всех фронтах: именно на них сделало свою последнюю ставку военное руководство Германии, и за весну 1945 г. ценой неимоверных усилий армия получила более 500 новых танков. Никому из сателлитов нацистской Германии Pz V не достались. После войны довольно много танков этого типа перешло к государствам-победителям, и некоторое время они состояли на вооружении Франции, Чехословакии и Венгрии.
 
Последний эпизод с участием Sd. Kfz. 171 едва не состоялся в 50-х гг. В период Войны в Индокитае КНР предоставила партизанам Вьетнама несколько танков ИС-2, с которыми пришлось столкнуться французам. Рассматривалась возможность снять оставшиеся "Пантеры" с консервации и отправить их для защиты колониальных интересов, однако меру сочли не совсем адекватной. Война вскоре подошла к концу с обретением независимости бывших французских владений, и двум старым врагам не довелось еще раз встретиться на поле боя.
Многочисленные усовершенствования в ходе развития модели не могли полностью удовлетворить всем требованиям и устранить все недостатки конструкции. Принципиально новой модификацией должна была стать PzKpfw V Ausf F, специально для которой разрабатывалась новая "узкая" башня "Шмальтурм 605" концерна "Даймлер-Бенц". Ее отличали меньшие габариты, плоская крыша, иное устройство командирской башенки, лобовая деталь толщиной 120 мм и новое крепление орудия - "горшковая" манжета. В качестве вооружения фигурировала новая 75-мм пушка KwK 44 фирмы "Шкода" - длиной 70 калибров, без дульного тормоза. Прицел наводчика был перенесен к центру башни, спаренный пулемет - в лобовую плиту. Защита корпуса также была усилена (120 мм - лоб, 60 мм - борт,30 мм - крыша). Планировалась также замена силовой установки и типа опорных катков. Но вплоть до конца войны корпус так и не был подготовлен, а башни испытывались на версии Ausf G. В серию улучшенная "Пантера" уже пойти не могла из-за недостатка времени и состояния промышленности, и информация о ее участии в последних боях, видимо, не соответствует истине.
 
О замене своему танку германские конструкторы впервые задумались уже в 1943 г., хотя о полном обновлении речь не велась. Новый танк, названный "Panther II", по ряду ответственных узлов (ходовая часть, основное вооружение, внутреннее оснащение) унифицировался с разрабатываемым в то время "Тигром-II". В башне, подобной "Шмальтурму", но с 150-мм фронтальной броней и гнутыми бортовыми листами, устанавливалась длинноствольная 88-мм пушка KwK 43. Корпус отличался от предшественника лишь размерами и защитой; в ходовую часть входили 14 штампованных катков со стальными ободами. Серийные танки (их выпуск поначалу назначался на весну 1944 г., позднее - на конец года) должны были иметь 900-сильный двигатель. Но в 1944 г. закончили лишь сборку одного корпуса, и проект вскоре был приостановлен. Единственный прототип испытывался с башней PzKpfw V Ausf G, причем выявилась масса недостатков по части надежности и мобильности, присущие и "Тигру-II". Он был захвачен американскими войсками на полигоне и ныне экспонируется в Музее Пэттона в Форт-Ноксе.
 
На смену "Пантере-II" в отдаленной перспективе (осень 1945 г.) создавался и один из объектов стандартизированной серии Entwicklung ("E") - тяжелый танк Е-50 с рассчетной массой 50-60 т, по своему устройству очень напоминающий "Пантеру-II". Изменилась подвеска, которая должна была состоять из 6 сдвоенных катков. В качестве вооружения рассматривались новые 75-мм или 88-орудия. Е-50 не дошел даже до этапа полноразмерного макета.
Шасси "Пантеры" представляло из себя вполне подходящую основу для сооружения многочисленных боевых и специальных машин. Из них производились крупными или ограниченными сериями лишь четыре, немногим более - воплощены в опытных образцах. Количество же проектов, оставшихся только в чертежах или предварительных эскизах, как и их разнообразие и оригинальность, напротив, весьма внушительны.
 
Командирский танк Panzerbefehlswagen V (Sd.Kfz 267) отличался от базовой модели дополнительным оборудованием связи и сокращенным до 64 либо 70 (в зависимости от модификации) боекомплектом. В экипаж входили три радиста, по совместительству обслуживавших вооружение. БРЭМ Panzerbergerwagen V (нередко называемый Bergepanther) появилась на свет в 1943 г. На тот момент вермахт не располагал машинами, пригодными для эвакуации поврежденных "Пантер" и "Тигров", за исключением тягачей Sd.Kfz.9 с тяговым усилием 18 т (для буксировки одного тяжелого танка требовалось как минимум три таких полугусеничных машины). "Бергепантеры" развивали 40-тонное тяговое усилие, а машины позднего выпуска оснащались также подъемным краном для демонтажа двигателя или башни. Оборонительное вооружение состояло из пулемета MG 34 за небольшим бронещитком.
 
Машина наблюдения Beobachtungspanther предназначалась для обозревания поля боя с закрытых позиций и корректировки артогня. KwK 42 замещалась деревянным муляжом, оставалось лишь вспомогательное вооружение. Эта модель получила очень совершенные перископические приборы наблюдения. Выпуск составил 41 единицу.
Тяжелый истребитель танков Panzerjager V Jagdpanther проектировался в 1942-1943 гг. фирмой "Даймлер-Бенц" и производился до начала 1945 г. (числом 384 единицы). Вместо башни устанавливалась полностью забронированная рубка со скошенным лобовым листом 80-мм толщины, бортовые ее плиты выполнялись цельными с корпусом. Вооружалась "Ягдпантера" 88-мм пушкой PaK 43/3 L/71 и в таком качестве стала одной из лучших противотанковых САУ Второй Мировой (с ней сопоставима лишь СУ-100, уступившая по части брони, но с более мощным орудием, относившаяся, впрочем, к самоходным орудиям среднего класса). Отметим также, что в 1944 г. был предложен проект "Ягдпантеры-II" с передним расположением МТО и смещенной к корме узкой надстройкой, вооруженной 128-мм пушкой PaK 44.
 
На этом перечень серийных разработок исчерпывается. Среди прототипов и проектов наиболее многочисленны самоходные орудия: гаубицы, мортиры, штурмовые САУ, истребители танков.
Одним из наиболее интересных вариантов САУ на базе "Пантеры" является артиллерийский дуплекс фирмы "Крупп", состоявших из противотанкового 128-мм орудия K43/44 L/61 с цилиндрическим перфорированным дульным тормозом и 150-мм гаубицы sFH 18М, подлежавших замене и рзмещавшихся в легкобронированной рубке без защиты крыши и кормы. Проект не был утвержден из-за слабого бронирования.
Позднее компания "Рейнметалл" предоставила ТТХ и чертежи своего истребителя танков "Скорпион", также со 128-мм пушкой, выгодно отличавшегося от изделия "Круппа" наличием кругового бронирования. Последняя фирма, в свою очередь, выполнила проектирование тяжелой САУ "Штурмпантера" с короткоствольной 150-мм штурмовой гаубицей StuH 43/1 (как у штурмового танка "Брюммбэр") в слегка переконструированной штатной башне. Ни одна из этих разработок не была реализована.
 
В отличие от перечисленных моделей, зенитная САУ Grille 10 существовала в виде нескольких прототипов (ни один из которых, к сожалению, не дошел до наших дней). Ее 88-мм зенитное орудие в неподвижной рубке хорошо подходило для защиты стационарных объектов от тяжелых бомбардировщиков, но не для войск на марше, подвергавшимся ударам штурмовой авиации. В конце 1943 г. к разработке зенитной самоходной установки с малокалиберными автоматами Управление вооружений привлекло "Крупп" и "Рейнметалл". Уже весной 1944 г. их работы вылились в проект САУ "Коэлиан" с двумя 37-мм пушками FlaK 44, параллельно разрабатывался и его усиленный вариант с 55-мм автоматами. Финал войны застал оба варианта так и не сошедшими с чертежных досок.
 
Чешское предприятие "Шкода" также приняло участие в создании боевых машин на шасси "Пантеры", спроектировав бронированную РСЗО. На место башни помещалась полноповоротная установка со 105- или 150-мм реактивными снарядами в направляющих рамах.
 
Сегодня в исторических и технических музеях мира находится немало "Пантер" всех модификаций, несколько "Бергепантер" и "Ягдпантер". В России единственный PzKpfw V Ausf G демонстрируется в Музее БТВТ в подмосковной Кубинке.

 

Комментарии

1  2  3  4  5  6  7 



[quote] попытались довести свой опытный танк до уровня конкурента.

Немецкий средний (тяжелый по советской и американской классификации тех лет) танк Pz.V якобы аналог и конкурент советского довоенного арттанка НПП Т-34/76. Скоро видимо и до "пришельцы везде вокруг нас" недалеко. [quote]Одним из первых предложенных решений явился выпуск технологической копии Т-34, однако военное руководство Германии отказалось от этого варианта. Причиной тому являлось …

Единственной причиной было то, что это обычная утка, запущенная Отделом агитации и пропаганды ЦК КПСС. [quote]В итоге вместо первоначально запланированного 30-тонного среднего танка на вооружение панцерваффе была принята машина массой 43 т

Так и было запланировано. А басни в статье чуть выше про 30 тонн, это просто басни Совагитпропа. Чтобы как-то "пристегнуть" Т-34 к Пантере. Типа, "скопировали гады". [quote]

В марте 1942г. немцы приняли на вооружение легкий (по их национальной классификации) танк Pz.KpfW.IV Ausf.F2/G. В СССР этот танк называли "средним". [quote]

Летом того же года на вооружение панцерваффе поступил тяжелый (по их нац. классификации) танк Pz.KpfW. VI «Tiger». В СССР этот танк называли "немецким тяжелым". [quote]

Место среднего (по их нац. классификации) танка пустовало до 1943г, до появления Pz.KpfW. V «Panther». Однако за ним заранее был зарезервирован индекс "V". В СССР этот танк называли "немецким средним". [quote]

Из-за того, что Pz.IV в СССР называли по советской классификации "средним", а не "немецким легким", чуть позже родилась байка рунета о том, что якобы немцы свои танки классифицировали по калибру пушки.



Вообще-то Т-34/76 был арттанком НПП. Визави немецких Pz.KpfW.IV Ausf.F1 и Pz.KpfW.III Ausf.N. Такие танки по ходу войны переродились в штурмовые САУ. В панцерваффе. У РККА тоже были неплохие рубочные и башенные штурмовые САУ (СУ-85, ИС-1, Т-34/85 (Д-5Т)), но использовались они всегда не по назначению. И назывались по-другому. И даже делались для другого. А на роль "советской штурмовой САУ" была определена мало на что годная самоходная пушка СУ-76. [quote]

КВ-1 был танком прорыва. Ну, почти. По ходу войны танки этого класса были заменены на тяжелые танки. В панцерваффе это были Pz.KpfW.VI «Tiger» и Pz.KpfW.VI «Tiger II». У американцев M26 Pershing. У британцев сразу после войны A41 Centurion. В СССР не было ничего. Уровень технологического развития СССР в те годы тяжелые танки создавать не позволял. [quote]

КВ-2 был башенным тяжелым артсамоходом. На смену ему пришли СУ/ИСУ-152. [quote] Первый из них, которому предстояло стать самым массовым танком Второй Мировой войны, превосходил своих соперников по мощи вооружения, технологичности и защите.

Чушь просто поразительная. УГ обыкновенное названо чем-то хорошим. [quote] что же касается КВ, то, несмотря на их значительные недостатки по части надежности, преимущество этих машин в отношении Pz III и IV было столь подавляющим.

Э-гэ-гэ. А какие преимущества у него были в сравнении с немецкими мотоциклетками. Это просто дух захватывает. Однако он позиционировался, как визави Pz.KpfW.VI «Tiger». А в сравнении с ним это было очередное УГ обыкновенное. [quote] в ряде случаев одиночные советские танки сдерживали наступление целых немецких дивизий.

А чего не армий? Или фронтов? МасштабнЕЕ надо фантазировать.














1  2  3  4  5  6  7 

RSS лента комментариев этой записи
Обновить список комментариев

Оставить комментарий


ФИО: (*)
Текст сообщения: (*)